Военно-морской флот России

К.Л. Козюренок. Архив адмирала Н.О. Фон Эссена

К истории личного архива адмирала Н.О. фон Эссена

В специальной литературе неоднократно подчеркивалось значение в исторических исследованиях личных архивных фондов. Но их история изучается гораздо менее интенсивно по сравнению с фондами учреждений. Особенно это относится к собраниям документов государственных и военных деятелей. В настоящей работе мы попытаемся осветить судьбу архива адмирала Н.О. фон Эссена, ныне составляющего личный фонд 757 в Российском государственном архиве военно-морского флота.

Командующий флотом Балтийского моря адмирал Николай Оттович фон Эссен скончался в Ревеле 7 мая 1915 года. В череде скорбных хлопот, связанных с проводами в последний путь этого выдающегося российского флотоводца, совершенно затерялись скромные усилия "Комиссии по пересмотру бумаг, оставшихся по смерти адмирала фон Эссена". Печальная обязанность разобрать документы, находившиеся на флагманском броненосном крейсере "Рюрик" в каюте покойного командующего, была возложена на чинов его штаба - генерал-майора В.А. Винтера, капитана 2 ранга князя М.Б. Черкасского, подполковника А.А. Мартьянова и капитана 2 ранга барона Р.Р. Мирбаха. "Бумаги" адмирала оказались исключительно делового содержания - различные официальные инструкции, наставления, правила, печатные приказы, оперативные планы. Комиссия справилась со своей задачей за один день 8 мая, составив две описи этих документов, переданных затем на хранение в Оперативную и Распорядительную части штаба флота.

В дальнейшем они разделили судьбу всего огромного массива документов штаба командующего флотом Балтийского моря периода Первой мировой войны. Часть их в плановом порядке, через образованный в 1916 г. временный архив при флагманском историографе штаба флота, передали в Особый временный отдел Архива Морского министерства. Последний был создан тогда же по инициативе Исторической части Морского генерального штаба специально для сбора непосредственно в ходе боевых действий документов Великой войны. В сентябре 1918 г. при Морской академии учреждена Военно- морская историческая комиссия для составления истории войны на море 1914-1918 гг. (Мориском), и документы Особого временного отдела были переданы ей. Большая же часть документов штаба флота была вывезена из Гельсингфорса в Кронштадт во время знаменитого Ледового похода весной 1918 г. и сдана в архив Кронштадтского порта. В октябре 1920 г. заведующий Центральной регистратурой (архивом текущего делопроизводства) штаба Морских сил Балтийского моря К. Садовский среди прочего обнаружил там "... штаба комфлотом адм. Эссена... приблизительно 2000 дел в пачках перевязанных". Вскоре их перевезли в Петроград, в архив Морискома, а после его ликвидации в 1926 г. все материалы штаба Балтийского флота были переданы в секцию армии и флота Ленинградского исторического архива. Там документы, хранившиеся в каюте Н.О. фон Эссена на флагманском корабле, были выделены и включены в собрание личных документов адмирала.

Отечественные военно-морские историки - современники фон Эссена прекрасно понимали значение его личного архива как "... важнейшего документального материала для биографии всем флотом любимого и глубокоуважаемого покойного командующего флотом, сыгравшего великую роль в создании флота на Балтийском море". Исполнявший обязанности начальника Исторической части МГШ и одновременно начальник Архива Морского министерства старший лейтенант А.И. Лебедев, к которому в конце мая 1915 г. поступили из штаба Балтийского флота описи документов, обнаруженных в каюте Н.О. фон Эссена, обратил внимание на то, что среди них нет эпистолярного наследия адмирала и вообще личных документов. Он узнал от капитана 2 ранга В.М. Альтфатера, что фон Эссен "вел постоянно, всю свою жизнь дневник". Излишне говорить, какую ценность представлял бы он для истории российского флота начала XX века. Вероятно именно по инициативе Лебедева морской министр И.К. Григорович тогда же обратился с письмом к вдове адмирала Марии Михайловне: "Узнав, что покойный супруг Ваш вел постоянно дневники, и глубоко чтя память Николая Оттовича, в целях всестороннего освещения его личности и значения его для флота, обращаюсь к Вам с покорнейшей просьбой не отказать в любезности предоставить на хранение в Морской генеральный штаб указанные дневники, а также официальные письма и документы, если таковые имеются". Министр обещал оставить семье копии дневников, а для разбора домашнего архива командировать начальника Исторической части.

Надо полагать, что ответа на это обращение не последовало, поскольку 6 июня 1915 г. уже сам А.И. Лебедев написал письмо зятю фон Эссена лейтенанту Б.П. Страхову, женатому на старшей дочери покойного адмирала Марии Николаевне. Он просил сообщить, действительно ли адмирал вел дневники "и в утвердительном случае посодействовать предоставлению снять с них копии...".

Служивший на "Рюрике" Страхов передал письмо сыну Николая Оттовича лейтенанту А.Н. фон Эссену, штурману базировавшейся в Ревеле британской подлодки Е-9. Антоний Николаевич ответил А.И. Лебедеву 8 июля: "Имею честь уведомить Вас, что часть дневников отца, а именно относящиеся к началу нынешней войны до момента смерти отца, находятся у меня, остальная же часть у моей матери. Вполне разделяя Ваше мнение о важности находящихся у меня документов, я, тем не менее, в настоящее время лишен возможности дать снять копии с них. По окончании войны я, а в случае моей смерти мои родные, передадим дневники адмирала в историческую часть для снятия копий". В сентябре 1917 г. командир подводной лодки "АГ-14" старший лейтенант А.Н. фон Эссен не вернулся вместе с ней из боевого похода.

Забегая вперед скажем, что среди документов фонда 757 дневников Николая Оттовича нет. Совсем недавно один из его потомков Б. Додд- Эссен сообщил о том, что эти дневники, а также фотографии и письма хранились у родственниц адмирала и были изъяты при их аресте органами НКВД в 1936 г. в Москве. Таким образом известный из переписки 1915 г. факт существования дневников как будто бы получил подтверждение. На запрос дирекции РГАВМФ в 1998 г. из Центрального архива ФСБ пришел отрицательный ответ, но заметим, что поиск этих материалов весьма затруднен тем обстоятельством, что родственницы Эссена носили другие фамилии, которые до сих пор не установлены. При этом, на наш взгляд, существует опасность некоторой путаницы. В личном фонде адмирала хранятся его флагманские исторические журналы за 1906-1915 гг. по должностям начальника 1-го отряда минных судов, Соединенных отрядов, Действующего флота, командующего Морскими силами Балтийского моря Когда эти документы поступили на хранение в Мориском с журналов за 1907-1908 и 1914 гг. сняли машинописные копии, причем одна из них была озаглавлена как "Дневник". Не эти ли журналы, которые аккуратно вели в штабе фон Эссена, имелись ввиду в переписке 1915 года? Альтфатер явно знал о "дневниках" только понаслышке, родственники же покойного адмирала не отдали исторические журналы потому что он ими очень дорожил и даже хранил дома. Правда, в таком случае остается открытым вопрос с дневниками за период русско-японской войны, о которых сообщил потомок адмирала.

Выше уже упоминалось, что с осени 1918 г. документы по истории Первой мировой войны на море концентрировал у себя Мориском. В феврале 1919 г. при нем для этого был создан специальный архивный отдел флота и морского ведомства. Туда и обратилась в декабре 1918 года Мария Николаевна Страхова, обеспокоенная судьбой части личного архива своего отца, который три с половиной года назад остался в распоряжении семьи покойного адмирала. К тому времени она уже была вдовой - в июне 1917 г. Б.П. Страхов пропал без вести на подлодке "Львица", с апреля 1918 г. работала переводчицей в МГШ. Оказалось, что в январе 1917 г. Мария Михайловна фон Эссен сдала имущество из своей петроградской квартиры на хранение в отдел ценных вещевых вкладов Ссудной казны, то есть городского ломбарда. Причины такого шага неизвестны, мы знаем лишь, что вдова адмирала уехала на Кавказ и возвратилась только в середине 1920-х гг. В "Описи имущества Марии Михайловны Эссен, находящегося в складах городского ломбарда на Тучковом буяне", среди мебели и домашних вещей, значились также 9 ящиков, 4 сундука, 2 тюка и 2 корзины. М.Н. Страхова писала: "Ценностей в смысле денег там особых нет, есть несколько монет, как помню старинных и вероятно несколько золотых, но мало, а затем: серебро фамильное, чарки отца, жетоны, надписи и немного женских драгоценных вещей. Чарки все дареные отцу боевыми товарищами... Дороже всего мне тетради и письма отца. Их надо все взять. ... Почти все, что там находится, связано так или иначе с отцом: его погоны, его оружие, его книги, его фотографии и проч.".

С просьбой принять на хранение документы отца дочь фон Эссена обратилась в Мориском через своих знакомых - бывших морских офицеров, перешедших на службу советской власти. Непосредственно переписку по этому вопросу М.Н. Страхова вела с Н.В. Новиковым, известным военно-морским историком, в то время заведовавшим в комиссии сбором документов. Он прекрасно понимал важность сохранения личного архива покойного адмирала. В двадцатых числах января 1919 г. соответствующие отношения за подписью председателя Морискома профессора Н.Л. Кладо были разосланы во все инстанции, от которых зависело решение вопроса: Главное управление архивным делом, Центральную исполнительную коллегию по жилищным делам, Центральный контрольно-учетный отдел Совета народного хозяйства Петрограда. Кладо писал, что "Комиссия по исследованию и использованию опыта войны 1914-1918 гг. на море признала существенно важным для своих работ иметь в распоряжении и пользовании для исторических военно-морских научных целей архив умершего бывшего командующего во время войны Балтийским флотом Эссена.." и "ввиду срочности и научной необходимости иметь эти документы" просит разрешить их изъятие со склада ломбарда сотрудниками комиссии в присутствии М.Н. Страховой.

Такое разрешение было получено, и 29 января 1919 г. Н.В. Новикову и А.И. Лебедеву, в то время управляющему 2 отделением III секции ЕГАФ, выдано удостоверение для "выемки" документов фон Эссена и перевозки их в архив Морискома, который размещался в здании бывшего Морского корпуса на 11-й линии Васильевского острова. Однако сделать это зимой 1919 г. не удалось, очевидно потому что Страхова, служившая в МГШ в Москве, не смогла приехать в Петроград. Тем не менее она не переставала интересоваться судьбой документов отца и в начале июля 1919 г., через служившего в МГШ бывшего офицера штаба Балтийского флота Гончарова, телеграммой сообщила Новикову, что срок хранения вещей в ломбарде истекает 15 числа. Для проезда из Москвы в Петроград требовалась специальная командировка, и Мария Николаевна хлопотала о получении таковой, однако это было весьма проблематично после увольнения ее из МГШ в марте 1919 г. по причине социального происхождения. Страхова с надеждой писала Н.В.Новикову: "Я полагаю, что моя "контрреволюционность" не должна служить препятствием иметь дело с Исторической комиссией?"

Марии Николаевне хотелось самой разобрать архив отца и лично передать его в Мориском. Но на всякий случай она выслала доверенность для получения вещей из ломбарда своей двоюродной сестре, проживавшей в Петрограде. Страхова также высказала пожелание, чтобы "при вскрытии ящиков ради сохранения в целости всего важного для памяти отца" присутствовали сам Н.В.Новиков и лично известный ей служивший в Красном флоте бывший офицер штаба адмирала А.Н. Сполатбог, а также родственник фон Эссенов П.С. Чистяков. Очевидно в свой предыдущий приезд в Петроград, в декабре 1918 года, Мария Николаевна даже заняла под размещение архива и вещей отца комнату в квартире по соседству с двоюродной сестрой и просила выдать на нее охранное свидетельство. Можно утверждать, что сохранностью основной части личных документов адмирала Н.О. фон Эссена мы обязаны именно активности и настойчивости его старшей дочери.

Со своей стороны Новиков делал все возможное в тогдашней ситуации. 16 июля 1919 г. главному комиссару Народного банка, в ведении которого находился отдел ценных вещевых вкладов, за подписью Н.Л. Кладо был направлен запрос, умело составленный уже поднаторевшими в общении с советскими органами сотрудниками Морискома. Из него следовало, что комиссия долгое время искала личные документы адмирала и обнаружила их местонахождение только что. "Не подлежит сомнению, сколь существенно необходимы для исторической работы комиссии документы, принадлежавшие перу одного из наиболее выдающихся наших флотоводцев, бывшего командующего флотом Балтийского моря в самом начале этой войны... Поэтому, ввиду необходимости для комиссии получить все бумаги покойного адмирала, а также основываясь на правительственном распоряжении... от 16 марта 1919 г., по которому даже национализированные и конфискованные материалы, относящиеся к области войны на море, должны быть переданы в распоряжение комиссии...", предлагалось выдать находящиеся в ломбарде вещи М.Н.Страховой "для выемки всего необходимого для комиссии".

Состоялась ли передача вещей мы не знаем. Но документы фон Эссена в Мориском опять не попали. Советские власти отнесли их к разряду "документов, принадлежавших частным лицам, изъятым из сейфов бывших частных банков" и не подлежащих возврату. Правда в "Журнале для записи поступлений в архив Военно-морской исторической комиссии" значится, что 12 августа 1920 г. от М.Н.Страховой были приняты какие-то "документы адмирала Эссена", очевидно хранившиеся у родственников. Об этом косвенно свидетельствует наличие в личном фонде фон Эссена документов Б.П. Страхова, тогда же переданных его вдовой вместе с материалами ее отца.

Вновь попытаться вернуть архив покойного адмирала Мария Николаевна смогла только два года спустя, когда изъятые из национализированных после революции хранилищ документы "историко-литературного характера" и личные стали возвращать владельцам по их заявлениям. Выяснилось, что бумаги фон Эссена были отправлены в Москву, в Отдел международных расчетов Валютного управления. Страхова вновь обратилась к Н.В. Новикову, и 9 августа 1922 г. в вышеуказанное учреждение была направлена бумага за подписью председателя Морискома, начальника Военно-морской академии М.А. Петрова с запросом о передаче архиву комиссии документов адмирала "... в составе его дневников, служебных документов, записок и прочих частных и личных материалов... ввиду большого значения этих материалов для научно-исторических работ". На этот раз ждать пришлось не более месяца и во второй половине сентября в Москву за "личным архивом бывшего комфлота Балтийского моря Н.О. Эссена" был командирован сотрудник Морискома, опытный архивист Н.Н. Алихов. 27 сентября 1922 г. комиссия наконец приняла на хранение "14 тетрадей, 210 снимков, 28 печатных произведений, 19 служебных и частных телеграмм, 22 бумаги, 200 частных писем". Вместе с поступившими ранее из штаба Балтфлота и от М.Н.Страховой материалами все это собрание, объединенное как "документы адмирала Эссена", 20 сентября 1929 г. было передано в военно-морскую секцию Ленинградского отделения Центрального исторического архива. Позднее она была переименована в Центральный государственный архив военно-морского флота, а собрание документов адмирала стало личным фондом 757. С тех пор его документы неоднократно использовались исследователями, некоторые из них опубликованы.

 

тут можно посмотреть футбольные формы для женщин